Графиня снова выходит замуж [Полная дилогия с визуалами, 18+] - Нина Матвеева

— М-м… наверно нам лучше вернуться, — пробормотала она быстро.

— Пожалуй, — согласился герцог.

Они пошагали назад по стремительно намокающему мелкому гравию, но не успели преодолеть и десятка ярдов, как дождь обрушился на них в полную мощь.

— Сюда, — услышала Виктория. Ривенхол резко свернул, потянув её прямо в сырую скользкую траву. — Переждём под козырьком.

Сначала она не поняла, о каком козырьке шла речь, но уже через несколько шагов рассмотрела приземистую парковую сторожку. Они поднялись по деревянным ступенькам крыльца и встали у двери как можно плотнее. В свете фонаря было видно, как отчаянно хлещут капли.

Ни единого признака, что ливень вот-вот закончится.

— Признаюсь честно, я никак не ожидал сегодня дождя, — виноватым тоном проговорил Ривенхол после минутной паузы. — Наверно, нам всё же стоит укрыться внутри.

Он вручил Виктории фонарь, затем развернулся к двери. Раздался лязгающий металлический звук, и дверь со скрипом открылась.

38

— Вы в порядке? — спросил герцог, откидывая со лба мокрые волосы.

Снаружи ливень уже бушевал с удвоенной силой. Капли барабанили по крыше так яростно, будто могли пробить черепицу насквозь.

— Не беспокойтесь, ваша светлость. Слегка промокла, ничего страшного.

Виктория быстро распустила ленты шляпки и, стащила её с головы. Нужно было поскорее избавиться от забирающей тепло сырой одежды, поэтому за шляпкой последовал плащ, который Виктория повесила на ручку двери. Ривенхол тоже сбросил с себя промокшую накидку, потом быстро расстегнул свой сюртук и накинул его Виктории на плечи. Она даже запротестовать не успела, как светлый силуэт уже мелькнул в противоположном углу комнаты.

— Здесь камин, — услышала она отрывистый голос. — Садитесь, я попробую разжечь его.

Виктория подняла с пола фонарь и сделала пару шагов вглубь сторожки, стараясь гнать от себя мысли о том, как волнительно и приятно ощущалась тяжёлая и ещё тёплая ткань сюртука на плечах.

Домик показался ей совсем крошечным, будто заброшенным. У входа стояли уложенные друг на друга скамейки, в углу — садовые инструменты. В противоположной стороне был покосившийся стол, полки и старая выцветшая тахта. Именно её герцог Ривенхол быстро подтащил к камину. Раздался возмущённый скрип дерева, а потом комнату снова наполнил гул дождя.

— Садитесь, Виктория, — повторил герцог. — Наверное, вам лучше снять обувь.

Она и сама уже об этом подумала. Её прогулочные туфли были попросту не рассчитаны на ливень, а потому успели набрать немного воды. Неуверенно опустившись на тахту, Виктория поставила фонарь на пол и начала расшнуровываться, изредка поглядывая на то, как Ривенхол быстро и уверенно раскладывает растопку в изрядно подкопчённом камине.

Неужели герцогу было совсем не холодно в одной рубашке? Выглядел и двигался он так, будто вообще не испытывал затруднений. Виктория подобрала под себя ноги и плотнее закуталась в сюртук. В полумраке чиркнула спичка, а через мгновение в камине затрепетал робкий огонёк.

Ривенхол обернулся с весьма довольным видом, потом неожиданно ухватился за ножку тахты и пододвинул её ещё ближе к камину. Пододвинул прямо с Викторией, сидящей на ней!

Виктория издала удивлённое восклицание, чем только развеселила герцога.

— Сейчас станет теплее, — сказал он.

— Я не замёрзла.

Она не хотела, чтобы он посчитал её капризной барышней, не способной переждать непогоду вдали от благ цивилизации, поэтому изобразила лучшую из своих вежливых улыбок. Но вместо ответной улыбки получила только очень скептический взгляд. Ривенхол неожиданно поднялся на ноги и так же быстро склонился к Виктории. Когда его лицо оказалось совсем рядом, сердце натурально пропустило удар. Короткий полувздох, дрожь предвкушения, и… герцог коснулся тёплыми губами её носа, а затем мрачно заключил:

— Вы меня обманываете.

Виктория даже не сразу поняла, о чём идёт речь. Всё ещё пребывая в полной растерянности (можно ли считать это шестым поцелуем?), она наблюдала за тем, как Ривенхол отходит к грубо сколоченным полкам у дальней стены.

— Похоже, нам повезло! — раздалось довольное восклицание.

С чем конкретно им повезло Виктория узнала уже в следующее мгновение: герцог вернулся с клетчатым пледом в руках.

— Велика вероятность, что в последний раз его стирали ещё при Вильгельме Завоевателе, но выбирать сейчас не приходится.

С этими словами он развернул плед и укрыл им Викторию. Пахнущая пыльной шестью ткань, что легла на плечи, показалась ей поистине королевской мантией, а сам жест герцога был настолько галантным и трогательным, что у Виктории просто пропал голос. Она даже поблагодарить Ривенхола не смогла. Но ему, похоже, и не нужны были благодарности — он как ни в чём не бывало подложил ещё одно полено в камин, выпрямился и наконец присел на тахту рядом.

Хотя словом «рядом» это расстояние охарактеризовать было сложно. Даже прихожане в церкви сидят ближе друг к другу.

Виктория осторожно скосила взгляд.

Герцог Ривенхол специально сел на самом краю? Чтобы она даже дотянуться до него не могла? Не то, чтобы она собиралась, но… он ведь сам совсем недавно держал её за руку и, кажется, собирался поцеловать! Что заставило его так отдалиться именно сейчас, неужели…

Тахта?

Неужели именно она вызвала у него неприятные ассоциации?

Виктория долго боролась со своим смущением, затем всё же обернулась к Ривенхолу и произнесла:

— Под этим покрывалом вполне хватит места на двоих.

Едва договорив, она почувствовала, как тепло начало разливаться по щекам.

— Думаю, вам оно нужнее, — ответил Ривенхол дружелюбно. — Не прощу себе, если вы промёрзните и заболеете из-за того, что мне взбрело в голову вытащить вас гулять ночью под дождём.

Но ведь если они будут сидеть вместе, станет только теплее. Им обоим. Странно, что герцог сам об этом не подумал. Или всё же подумал, но намеренно не захотел пользоваться этим предлогом?

Посомневавшись ещё немного, Виктория всё же набралась смелости и снова подала голос:

— Дело именно в этом или есть другие затруднения?

— Какие затруднения?

— Связанные с… физической близостью.

По лицу герцога расползлось совершенно искреннее недоумение.

— Вам показалось, что у меня проблемы с этим? — переспросил он странным тоном.

— Не совсем проблемы. — Виктория задумалась, подбирая аккуратную формулировку: — Возможно мне показалось, но… вы будто избегаете… близкого контакта.

Уголок его рта пополз вверх; в глазах, которые при свете каминного пламени стали совершенно чёрными, загорелось весёлое изумление. И Виктория замерла,